Альбина перевела взгляд на Хоршева. – Конечно, дело в нем! Ведь надо же, какой здоровенный лоб вымахал! Такой человека задавит и не крякнет даже. Вон Индин сидит, чуть живой со страху. Да, им не позавидуешь. Достукались, голубчики! А я сколько раз говорила...

Классной уже успели донести про инцидент на скамейке. – О чем был у них разговор? Надо бы узнать. Поговорю с Хоршевым. Надо строго предупредить, чтобы не устраивал тут всяких расправ. Не дай бог, еще убьет кого-нибудь!

Один за другим выучившие уроки потянулись к звеньевым. Те уже давно сами все закончили и теперь, выйдя в коридор, торопливо проверяли выполненные задания и ставили значки в своих журналах. Эта важная процедура существовала уже много лет, воспитатели к ней относились трепетно и нередко даже перепроверяли звеньевых, лично опрашивая детей.

Освободившиеся ребята выходили на «площадь» – широченный коридор, окруженный классами, и разминали затекшие ноги. Потом шли в комнату отдыха играть в теннис, шахматы, шашки. Класс почти опустел. И только на задней парте опять шло совещание. Неразлучная пятерка заговорщически что-то обсуждала шепотом, почти касаясь друг друга лбами. Альбина Леонидовна раздраженно смотрела на них. Да о чем они там шушукаются?

– Хоршев, подойди ко мне. Нам надо поговорить...

Глава 9

В самом углу длинного школьного коридора пятеро «приговоренных» вели свой собственный военный совет. Собственно, он больше напоминал обсуждение плана капитуляции. О том, чтобы «завалить Дрюньку» уже не могло быть и речи. Насмерть перепуганные подростки нервно искали выход из непростой ситуации.

– Пацаны, видали – на нас все уже как на покойников смотрят.

– Скоро будем. Ночь все ближе.

– Слышь, он нас точно грохнет! – Лицо Данилина скривилось, казалось, что он сейчас заплачет. – Вадя, придумай что-нибудь! Может, поговорить как-то, помириться?

– Ага, вот иди к нему сам, говори, мирись – только без меня! – Индин потрогал шею и сморщился. – Тебя бы так!